Преподобный Тит Печерский, пресвитер — Храм Святой Троицы

Преподобный Тит Печерский, пресвитер

Пре­по­доб­ный Тит был свя­щен­но­и­нок Ки­ев­ско­го Пе­чер­ско­го мо­на­сты­ря, из­вест­ный сво­им чрез­вы­чай­но ми­ро­лю­би­вым ко всем от­но­ше­ни­ем. Осо­бен­но по­лю­бил Тит ми­ро­лю­бие бла­го­да­ря сле­ду­ю­щим об­сто­я­тель­ствам. У преп. Ти­та был друг чер­но­ри­зец Ева­грий, по са­ну диа­кон. Все ди­ви­лись ис­крен­ней друж­бе и люб­ви, су­ще­ство­вав­шей меж­ду ни­ми. Но нена­ви­дя­щий вся­кое доб­ро диа­вол ре­шил по­се­ять меж­ду ни­ми се­мя враж­ды.

В сво­ем за­мыс­ле он успел: Тит и Ева­грий так воз­не­на­ви­де­ли друг дру­га, что не хо­те­ли смот­реть один на дру­го­го и вся­че­ски ста­ра­лись из­бе­гать встре­чи меж­ду со­бою. Ко­гда они вме­сте слу­жи­ли в церк­ви, то у них не бы­ло со­гла­сия да­же здесь, при бо­го­слу­же­нии: ес­ли один ка­дил пе­ред ико­ною, то дру­гой убе­гал от каж­де­ния; ес­ли же один не от­хо­дил от об­ра­за, то дру­гой про­хо­дил ми­мо, не по­ка­див. Их нена­висть бы­ла столь силь­на, что они име­ли дерз­но­ве­ние да­же при­ча­щать­ся Св. Та­ин, не при­ми­рив­шись друг с дру­гом, не ис­про­сив про­ще­ния друг у дру­га. Бра­тия оби­те­ли, ви­дя та­кую их силь­ную нена­висть и по­ни­мая, что эта враж­да гу­би­тель­на для их спа­се­ния, мно­го раз при­ни­ма­лась их ми­рить, но они и слы­шать об этом не хо­те­ли. И вот, по Бо­жье­му смот­ре­нию, пре­сви­тер Тит се­рьез­но за­бо­лел. Ду­мая, что на­стал час отой­ти ему в иной мир, Тит на­чал горь­ко пла­кать о сво­ем пре­гре­ше­нии и за­тем по­слал ска­зать диа­ко­ну Ева­грию сле­ду­ю­щее: «Про­сти ме­ня, брат, ра­ди Гос­по­да за то, что я оскор­бил те­бя гне­вом сво­им». Ева­грий, од­на­ко, не толь­ко не про­стил Ти­та, но и стал же­сто­ко бра­нить его. Бра­тия, уви­дев, что пре­сви­тер Тит уже уми­ра­ет, ре­ши­ла на­силь­но при­ве­сти Ева­грия к уми­ра­ю­ще­му, чтобы при­ми­рить его с ним. Ко­гда Ева­грия при­ве­ли к Ти­ту, то по­след­ний упал к но­гам сво­е­го преж­не­го вра­га и ска­зал со сле­за­ми:

– Про­сти ме­ня, брат!

Но Ева­грий от­вра­тил­ся от него и пред все­ми про­из­нес та­кие сло­ва:

– Не хо­чу при­ми­рять­ся с ним ни в сем ве­ке, ни в бу­ду­щем.

Ска­зав эти бес­че­ло­веч­ные сло­ва, Ева­грий вы­рвал­ся из рук бра­тии и туг же упал. Его хо­те­ли под­нять, но он был уже мертв. Ему не мог­ли ни сло­жить рук, ни со­мкнуть уст, ни за­крыть очей; слов­но он умер уже дав­но. В то же вре­мя преп. Тит встал с по­сте­ли со­вер­шен­но здо­ро­вым. Ко­гда его спро­си­ли, что с ним бы­ло за вре­мя бо­лез­ни, он от­ве­чал:

– Во вре­мя бо­лез­ни я, еще одер­жи­мый гне­вом, ви­дел, как Ан­ге­лы от­сту­пи­ли от ме­ня. Они горь­ко ры­да­ли о ги­бе­ли мо­ей ду­ши, а бе­сы ра­до­ва­лись, что я имею гнев на сво­е­го бра­та. По­се­му-то я и на­чал про­сить вас, чтобы вы по­шли и ис­про­си­ли мне у диа­ко­на Ева­грия про­ще­ние. Ко­гда вы при­ве­ли его ко мне и я по­кло­нил­ся ему, а он от­вер­нул­ся от ме­ня, то я уви­дел, что некий неми­ло­сти­вый Ан­гел пла­мен­ным ко­пьем уда­рил Ева­грия, и тот упал без­ды­хан­ный. Тот же Ан­гел за­тем по­дал мне ру­ку, под­нял ме­ня, и я встал со­вер­шен­но здо­ров.

Бра­тия, услы­шав­ши та­кой рас­сказ из уст преп. Ти­та, в ужа­се по­вто­ря­ла сло­ва: «Оста­ви­те, и оста­вит­ся вам, яко всяк гне­вай­ся на бра­та всуе по­ви­нен есть су­ду» (Мф.5:22). Мно­го пла­ка­ли так­же ино­ки о по­гиб­шем бра­те Ева­грии. По­сле та­ко­го вра­зум­ле­ния со сто­ро­ны Про­мыс­ла Бо­жия ино­ки Пе­чер­ской оби­те­ли ста­ли блю­стись гне­ва про­щая друг дру­гу вся­кое сло­во обид­ное, па­мя­туя сло­ва Еф­ре­ма Си­ри­на: «Ес­ли ко­му слу­чит­ся уме­реть во враж­де, то та­ко­во­го ожи­да­ет неумо­ли­мый суд».

В осо­бен­но­сти же силь­но по­дей­ство­вал этот пе­чаль­ных слу­чай на са­мо­го пре­сви­те­ра Ти­та. Ви­дя, как за при­ми­ре­ние с бра­том сво­им он по­лу­чил не толь­ко про­ще­ние гре­ха сво­е­го, но и те­лес­ное здра­вие, он бо­лее уже не ду­мал гне­вать­ся на ко­го-ни­будь, но усво­ил се­бе по­сто­ян­ную лю­бовь к бра­тии. Преп. Тит по­сле это­го все­гда пом­нил сло­ва Пи­са­ния: «Солн­це да не зай­дет во гне­ве тво­ем. Преж­де же всех друг ко дру­гу лю­бовь при­леж­ну имей­те, зане лю­бовь по­кры­ва­ет мно­же­ство гре­хов» (1Пет.4:7-8). Он стя­жал се­бе та­кое ми­ро­лю­бие, что на нем ис­тин­но ис­пол­ни­лось из­ре­че­ние апо­сто­ла: «Несть цар­ствие Бо­жие пи­ща или пи­тие, но прав­да и мир» (Рим.14:17). По­се­му и на небе­си преп. Тит спо­до­бил­ся по­лу­чить успо­ко­е­ние, ко­то­рое обе­щал Бог лю­бя­щим Его и хра­ня­щим Его за­по­ве­ди. Свя­тые мо­щи его по­чи­ва­ют в од­ной из Ки­ев­ских пе­щер. Скон­чал­ся преп. Тит око­ло 1190 г.

ПОЛНОЕ ЖИТИЕ ПРЕПОДОБНОГО ТИТА ПЕЧЕРСКОГО

Как «от­кры­ва­ет­ся гнев Бо­жий с неба на вся­кое нече­стие» (Рим.1:18), и как нис­хо­дит «мир Бо­жий», пре­вос­хо­дя­щий ум (Флп.4:7), охра­ня­ю­щий те­ло и ду­шу стре­мя­ще­го­ся к нему че­ло­ве­ка, всё это ви­дим в жи­тии бла­жен­но­го Ти­та. Он был инок Пе­чер­ско­го мо­на­сты­ря[1], по­чтен­ный са­ном пре­сви­те­ра. На по­дви­ги, до­стой­ные веч­но­го бла­жен­ства, пре­по­доб­ный Тит был на­став­лен сле­ду­ю­щим об­сто­я­тель­ством: у него был брат не по пло­ти, а по ду­ху, чер­но­ри­зец то­го же мо­на­сты­ря по име­ни Ева­грий, по са­ну диа­кон. Ве­ли­кая и нели­це­мер­ная лю­бовь со­еди­ня­ла двух ино­ков, так что все ди­ви­лись их еди­но­ду­шию и вза­им­ной люб­ви. Но нена­ви­дя­щий вся­кое доб­ро диа­вол, обык­ший се­ять пле­ве­лы сре­ди пше­ни­цы (Мф.13:24-30), и меж­ду ни­ми по­се­ял враж­ду. Гне­вом и нена­ви­стью он так омра­чил их серд­ца, что они не мог­ли да­же взгля­нуть друг дру­гу в ли­це, и по­это­му вся­че­ски ста­ра­лись из­бе­гать один дру­го­го. Ко­гда один шел в церк­ви с ка­диль­ни­цей, то­гда дру­гой убе­гал от каж­де­ния; ес­ли же один не от­хо­дил, то дру­гой про­хо­дил ми­мо него, не по­ка­див. В столь гре­хов­ном мра­ке они пре­бы­ва­ли дол­гое вре­мя, так что, по диа­воль­ско­му вну­ше­нию, да­же дер­за­ли воз­но­сить Бо­же­ствен­ные да­ры и при­ча­щать­ся их, не при­ми­рив­шись друг с дру­гом, не ис­про­сив про­ще­ния друг у дру­га. Мно­го раз про­си­ла их бра­тия при­ми­рить­ся, но они и слы­шать не хо­те­ли. Од­на­жды, по Бо­жи­е­му смот­ре­нию, слу­чи­лось пре­по­доб­но­му Ти­ту так силь­но за­хво­рать, что он уже не ду­мал остать­ся в жи­вых. То­гда он горь­ко стал пла­кать о сво­ем пре­гре­ше­нии и сми­рен­но по­слал к диа­ко­ну Ева­грию ска­зать ему: «Про­сти ме­ня, брат, ра­ди Гос­по­да за то, что я оскор­бил те­бя гне­вом сво­им».

Но тот не толь­ко не про­стил Ти­та, но стал еще бо­лее по­но­сить его и да­же про­кли­нать. Од­на­ко бра­тия, уви­дев, что Тит уже уми­ра­ет, си­лою при­ве­ли к нему Ева­грия, чтобы он при­ми­рил­ся с бра­том. Уви­дев его, боль­ной, при­под­няв­шись, упал к но­гам Ева­грия, го­во­ря со сле­за­ми:

– Про­сти ме­ня, от­че, и бла­го­сло­ви!

Но неми­ло­сти­вый и бес­че­ло­веч­ный Ева­грий от­вра­тил­ся от бра­та и пред все­ми ска­зал пол­ные нена­ви­сти сло­ва:

– Я ни­ко­гда не хо­чу при­ми­рить­ся с ним: ни в сем ве­ке, ни в бу­ду­щем!

Ска­зав сие, он вы­рвал­ся из рук бра­тий и упал. Ино­ки хо­те­ли под­нять его и на­шли его мерт­вым. Они не мог­ли ни сло­жить ему рук, ни за­тво­рить уст, ни за­крыть очей – слов­но он умер дав­но. В это вре­мя бла­жен­ный Тит встал со­вер­шен­но здо­ро­вым, как буд­то бы ни­ко­гда не бо­лел. Все ужас­ну­лись, ви­дя вне­зап­ную кон­чи­ну од­но­го и быст­рое ис­це­ле­ние дру­го­го. Они на­ча­ли спра­ши­вать бла­жен­но­го пре­сви­те­ра Ти­та, чтобы это зна­чи­ло? Бла­жен­ный Тит по­ве­дал им то, что ему бы­ло от­кры­то о сем свы­ше:

– Во вре­мя бо­лез­ни, – так на­чал бла­жен­ный Тит свой рас­сказ, – я, еще одер­жи­мый гне­вом, уви­дел, как Ан­ге­лы от­сту­пи­ли от ме­ня. Они ры­да­ли о ги­бе­ли мо­ей ду­ши, а бе­сы ра­до­ва­лись, что я имею гнев на сво­е­го бра­та. По­се­му-то я и на­чал про­сить вас, чтобы вы по­шли и ис­про­си­ли мне у бра­та мо­е­го про­ще­ния. Ко­гда вы при­ве­ли его ко мне, и я по­кло­нил­ся ему, а он от­вер­нул­ся от ме­ня, я уви­дел од­но­го неми­ло­сти­во­го Ан­ге­ла с пла­мен­ным ко­пьем, ко­им он уда­рил непро­стив­ше­го ме­ня, и тот упал мёрт­вым. Тот же Ан­гел по­дал мне ру­ку, под­нял ме­ня, и вот я вы­здо­ро­вел.

Устра­шен­ные рас­ска­зом, ино­ки мно­го пла­ка­ли об умер­шем Ева­грии. Они по­греб­ли его, но не мог­ли сло­жить ему ру­ки и за­крыть гла­за и уста. Са­ми же осо­бен­но ста­ли блю­стись гне­ва, про­щая друг дру­гу вся­кое сло­во обид­ное, па­мя­туя сло­ва Гос­под­ни: «вся­кий, гне­ва­ю­щий­ся на бра­та сво­е­го на­прас­но, под­ле­жит су­ду» (Мф.5:22). Так­же и свя­той Еф­рем Си­рин ска­зал: «ес­ли ко­му слу­чит­ся уме­реть в враж­де, то та­ко­во­го ожи­да­ет неумо­ли­мый суд». И мож­но бы­ло ска­зать то­гда о вра­зум­лен­ной бра­тии: «Ве­лик мир у лю­бя­щих за­кон Твой» (Пс.118:165).

Но осо­бен­но сам пре­сви­тер Тит, ви­дя, как за при­ми­ре­ние с сво­им бра­том он по­лу­чил при­ми­ре­ние с Бо­гом и был из­бав­лен от смер­ти не толь­ко те­лес­ной, но и ду­шев­ной, с се­го вре­ме­ни да­же и не ду­мал гне­вать­ся на ко­го ли­бо, но, от­бро­сив гнев, при­об­рел по­сто­ян­ную лю­бовь к бра­тии, ко­то­рая, как ко­рень ми­ра, есть со­юз со­вер­шен­ства, она ис­хо­дит от «чи­сто­го серд­ца и доб­рой со­ве­сти и нели­це­мер­ной ве­ры» (1Тим.1:5), она «дол­го­тер­пит, ми­ло­серд­ству­ет, лю­бовь не за­ви­ду­ет» (1Кор.13:4) со­дер­жит в се­бе все доб­ро­де­те­ли и осо­бен­но: пост, це­ло­муд­рие, по­сто­ян­ную мо­лит­ву. Бла­жен­ный с се­го вре­ме­ни все­гда имел в сво­ем серд­це сло­ва Пи­са­ния:«будь­те бла­го­ра­зум­ны и бодр­ствуй­те в мо­лит­вах. Бо­лее же все­го имей­те усерд­ную лю­бовь друг ко дру­гу, по­то­му что лю­бовь по­кры­ва­ет мно­же­ство гре­хов» (1Пет.4:7-8).

При­но­ся бес­кров­ную жерт­ву, пре­сви­тер Тит ис­пол­нял и сле­ду­ю­щее Еван­гель­ское сло­во: «лю­бить ближ­не­го, как са­мо­го се­бя, есть боль­ше всех все­со­жже­ний и жертв» (Мк.12:33). Он стя­жал се­бе столь невоз­му­ти­мый мир, что, пы­лая чув­ством со­вер­шен­ной люб­ви, не мог, скор­бя, ска­зать: «Нет це­ло­го ме­ста в пло­ти мо­ей от гне­ва Тво­е­го; нет ми­ра в ко­стях мо­их от гре­хов мо­их» (Пс.37:4). Со­вер­шен­ный мир ду­ши се­го пост­ни­ка был та­ков, что на нем ис­тин­но ис­пол­ни­лось из­ре­че­ние апо­сто­ла: «Ибо Цар­ствие Бо­жие не пи­ща и пи­тие, но пра­вед­ность и мир и ра­дость во Свя­том Ду­хе» (Рим.14:17).

По­се­му и на небе­сах бла­жен­ный Тит удо­сто­ил­ся по­лу­чить упо­ко­е­ние, стре­мясь к ко­то­ро­му, он по­сле мно­гих тру­дов и по­дви­гов ото­шел к Гос­по­ду. Свя­тое те­ло его по­чи­ва­ет в од­ной из пе­чер­ских пе­щер, пол­ной свя­тых, как доль­нее небо, ду­хом же он при­сут­ству­е­т на небе, ку­да воз­не­сен ру­ка­ми явив­ших­ся ему Ан­ге­лов. Они мог­ли ска­зать о сем преж­де греш­ни­ке, по­том же до­стой­но по­ка­яв­шем­ся пра­вед­ни­ке толь­ко то, что ска­зал свя­той Па­вел о апо­сто­ле Ти­те: «Бог, уте­ша­ю­щий сми­рен­ных, уте­шил нас при­бы­ти­ем Ти­та»(2Кор.7:6). Мы, так­же ра­ду­ясь, мо­жем ска­зать в от­вет сим небес­ным жи­те­лям из то­го же Пи­са­ния: мы уте­ши­лись, ви­дя ва­ше уте­ше­ние, и осо­бен­но воз­ра­до­ва­лись ра­до­стью Ти­та, упо­ко­ив­ше­го­ся сре­ди вас. Свя­ты­ми мо­лит­ва­ми пре­по­доб­но­го Ти­та да спо­до­бим­ся и мы, от­ло­жив вся­кий гнев, по­лу­чить про­ще­ние гре­хов и вос­при­ять упо­ко­е­ние вре­мен­ное и веч­ное от Хри­ста Иису­са Гос­по­да на­ше­го, Ко­то­рый есть «Бог люб­ви и ми­ра» (2Кор.13:11). Ему же сла­ва со От­цом и Свя­тым Ду­хом во ве­ки[2]. Аминь.